Новая институциональная экономика: каркас направления

Вопрос «новая институциональная экономика» неудобен тем, что это не одна теория, а целое направление: под общей вывеской собраны теория трансакционных издержек, теория прав собственности, теория контрактов, экономика организаций и институциональная история. Отсюда типичный провал ответа: человек подробно пересказывает единственную знакомую концепцию и не показывает каркас, который держит все остальные. Разберём именно каркас: происхождение, предпосылки, три опоры, ветви, премии и критика. Собрать ответ под свою формулировку вопроса помогает форма ниже.

Что такое новая институциональная экономика

Новая институциональная экономика (в русской литературе часто неоинституционализм или неоинституциональная экономическая теория) изучает институты, то есть правила игры вместе с механизмами принуждения к их исполнению, и объясняет, как эти правила влияют на поведение хозяйствующих субъектов и на итоговую эффективность. При этом направление остаётся внутри экономического способа рассуждения: институты объясняются через сопоставление выгод и издержек, а не через культуру саму по себе.

Сам термин ввёл Оливер Уильямсон в 1975 году в книге «Рынки и иерархии». Фактическое же начало положила статья Рональда Коуза «Природа фирмы» (1937) с обезоруживающим вопросом: если рынок так хорошо распределяет ресурсы, почему внутри фирмы цены не работают, а работает приказ. Ответ Коуза стал ядром направления: пользование рынком не бесплатно. Полная стоимость обмена складывается из цены и издержек самой сделки:

$C = P + T,$

где $P$ - цена блага, а $T$ - трансакционные издержки. Как только $T$ перестаёт считаться нулевым, в анализ входят фирмы, контракты, суды, гарантии, репутация, то есть весь институциональный каркас хозяйства.

Чем НИЭ отличается от старого институционализма

Старый институционализм сложился на рубеже XIX и XX веков в США. Торстейн Веблен объяснял хозяйство привычками мышления и инстинктами, а спрос выводил из статусного соперничества, что видно по разобранной отдельно концепции праздного класса. Джон Коммонс сделал элементарной единицей анализа трансакцию и разделил её на торговую, управленческую и рационирующую. Уэсли Митчелл строил эмпирическую статистику деловых циклов.

Различия удобно свести к четырём пунктам:

• Метод. Старая школа холистична и индуктивна: сперва описание массива фактов, затем обобщение. Новая пользуется методологическим индивидуализмом и дедукцией: модель строится от выбора отдельного агента.
• Направление объяснения. Старый институционализм шёл от институтов к поведению, новая институциональная экономика идёт от поведения к институтам.
• Отношение к неоклассике. Старая школа отвергала её целиком, новая достраивает ядро, а не сносит его.
• Аналогия. У старой школы биологическая и эволюционная, у новой договорная: институт возникает как ответ на издержки взаимодействия.

Рассчитать для своей задачи

Что направление меняет в неоклассической модели

Неоклассическая модель опиралась на полную рациональность, доступную информацию, бесплатный обмен, заданные извне и совершенно защищённые права собственности и фирму как производственную функцию, то есть чёрный ящик без внутренней структуры. Новая институциональная экономика сохраняет жёсткое ядро (максимизация целевой функции, устойчивые предпочтения, равновесный анализ), но снимает три защитные предпосылки: информация платна и распределена асимметрично, рациональность ограниченна, права собственности специфицированы неполно и защищаются небесплатно. Сам Норт называл это расширением, а не революцией.

Поведенческие предпосылки: ограниченность и оппортунизм

Уильямсон свёл поведенческий фундамент к двум допущениям. Первое - ограниченная рациональность Герберта Саймона: человек намеренно рационален, но лишь в ограниченной мере, потому что вычислительные способности и внимание конечны. Прямое следствие для теории: контракт в принципе не может быть полным, все будущие состояния мира в нём не перечислить.

Второе допущение - оппортунистическое поведение, то есть преследование личного интереса с использованием коварства: сокрытие информации, искажение отчётности, вымогательство после того, как партнёр вложился в специфический актив.

Работают предпосылки только в паре. При полной рациональности контракт был бы полным, и любой оппортунизм обезвреживался бы заранее оговоркой. При отсутствии оппортунизма неполнота контракта никому не мешала бы: хватило бы общего обещания вести себя добросовестно. Институты нужны ровно на пересечении двух допущений.

Рассчитать для своей задачи

Три опоры: издержки, права, контракты

Трансакционные издержки. Их принято делить по моменту возникновения. До сделки это поиск информации и партнёра, измерение качества блага, ведение переговоров и заключение договора. После сделки - мониторинг исполнения, принуждение к нему, адаптация к изменившимся условиям, защита прав и разрешение споров. Масштаб явления показала оценка Уоллиса и Норта: доля трансакционного сектора в валовом национальном продукте США выросла примерно с 26 процентов в 1870 году до 55 процентов в 1970 году. Обслуживание сделок стало самостоятельной отраслью хозяйства.

Права собственности. Объектом анализа выступает не вещь, а пучок правомочий: в классическом перечне Оноре одиннадцать элементов, от права владения и права на доход до бессрочности и остаточного характера. Отсюда два рабочих понятия: спецификация прав (кому что именно разрешено) и размывание прав. Если трансакционные издержки равны нулю, распределение прав не влияет на эффективность размещения ресурсов, о чём говорит теорема Коуза. Именно поэтому содержание направления начинается там, где издержки положительны.

Контракты. Различают классический контракт (разовая обезличенная сделка), неоклассический (долгосрочный, с арбитражной оговоркой) и отношенческий (где значение имеет сама история отношений). Неполнота договора порождает вопрос об остаточных правах контроля, а асимметрия информации - неблагоприятный отбор и моральный риск, то есть агентскую проблему.

Механизмы управления: рынок, гибрид, иерархия

Уильямсон описывает сделку тремя параметрами: специфичность активов, неопределённость и частота. Главный из них первый: чем сильнее актив привязан к конкретному партнёру, тем больше теряется при разрыве отношений и тем опаснее вымогательство. Принцип дискриминационного соответствия требует подбирать каждой сделке тот механизм управления, при котором совокупные издержки минимальны. Формально рынок предпочтителен, пока

$M(k) < H(k),$

где $k$ - специфичность активов, $M$ - издержки рыночной координации, $H$ - издержки внутрифирменной. При низкой специфичности иерархия проигрывает из-за бюрократической надбавки, при высокой выигрывает, а промежуточную зону занимают гибриды: долгосрочный договор поставки, франчайзинг, совместное предприятие, устойчивая сеть подрядчиков.

Рассчитать для своей задачи

Ветви направления и их представители

• Теория трансакционных издержек и экономика организаций - Коуз, Уильямсон, Алчиан и Демсец, Клейн.
• Теория прав собственности - Алчиан, Демсец, Фуруботн и Рихтер, Пейович.
• Теория контрактов и агентских отношений - Дженсен и Меклинг, Холмстрём, Гроссман, Харт и Мур.
• Институциональная экономическая история - Норт, Грейф, Аджемоглу и Робинсон; отсюда выросли объяснение институциональных изменений и понятие зависимости от пути.
• Теория коллективных действий и общих ресурсов - Элинор Остром с правилами самоуправления общин.
• Конституционная экономика и теория общественного выбора - Бьюкенен и Таллок; ветвь пограничная, но методологически родственная.
• Институциональная экономика развития и переходных экономик - здесь работают понятия трансплантации институтов и институциональных ловушек Полтеровича.

Сквозной для всех ветвей остаётся различение формальных и неформальных институтов: большинство споров о работоспособности правила сводится к тому, совпадают ли два этих слоя.

Нобелевские премии как вехи

• 1991, Рональд Коуз - за раскрытие значения трансакционных издержек и прав собственности для институциональной структуры экономики.
• 1993, Дуглас Норт и Роберт Фогель - за обновление экономической истории применением экономической теории и количественных методов.
• 2009, Оливер Уильямсон и Элинор Остром - за анализ экономического управления: границ фирмы и режимов общей собственности.
• 2016, Оливер Харт и Бенгт Хольмстрём - за теорию контрактов.
• 2024, Дарон Аджемоглу, Саймон Джонсон и Джеймс Робинсон - за исследование того, как институты складываются и влияют на благосостояние стран.

За что критикуют направление

Претензий к новой институциональной экономике накопилось не меньше, чем достижений.

• Тавтологичность. Трансакционные издержки трудно измерить напрямую, поэтому ими объясняют любой наблюдаемый порядок задним числом: институт существует, значит издержки были такими.
• Функционализм. Из объяснения через эффективность легко соскользнуть к выводу, что существующее и есть оптимальное. Норт возражал против этого сам, показывая живучесть неэффективных правил.
• Экзогенность предпочтений. Наследники старого институционализма, прежде всего Джеффри Ходжсон, указывают: институты формируют не только ограничения, но и самого человека с его целями.
• Антропология оппортунизма. Допущение о коварстве считают чрезмерно мрачным: жёсткий контроль способен вытеснять доверие и внутреннюю мотивацию, а не только пресекать обман.
• Идентификация в эмпирике. Институты и доход определяют друг друга взаимно, поэтому оценки вклада институтов в рост зависят от спорных инструментальных переменных.

Частые ошибки

• Считать новую институциональную экономику отрицанием неоклассики. Она снимает часть предпосылок, но сохраняет ядро с максимизацией и равновесием.
• Путать институт и организацию. Институт - правило игры, организация - игрок, который по этому правилу играет и одновременно добивается изменения правил.
• Сводить всё направление к теореме Коуза. Теорема описывает предельный случай нулевых издержек, а предмет направления начинается там, где издержки положительны.
• Ставить знак равенства между трансакционными и трансформационными издержками. Вторые связаны с физическим преобразованием ресурсов, первые - с обеспечением самого обмена.
• Приписывать старому институционализму те же выводы. Веблен и Коммонс работали иным методом и на другую полемику.

FAQ

Новая институциональная экономика и неоинституционализм - это одно и то же? В экономической литературе да, термины используются как синонимы, наряду с оборотом «неоинституциональная экономическая теория». Осторожность нужна с политологическим неоинституционализмом: там под тем же словом понимают семейство подходов к изучению политических институтов, включая социологический, где ключевую роль играет легитимность, а не издержки.

Почему теорию считают расширением неоклассики, а не отдельной школой? Потому что она не трогает жёсткое ядро исследовательской программы: агент по-прежнему максимизирует, предпочтения устойчивы, анализ равновесный. Меняется защитный пояс предпосылок об информации, рациональности и бесплатности обмена. Гетеродоксальные школы, напротив, отказываются именно от ядра.

Что отвечать на вопрос о практическом значении направления? Оно даёт язык для проектирования правил: как распределить правомочия, какой механизм управления выбрать под сделку, чем подкрепить исполнение договора. Там же лежат и предостережения: заимствованное правило может не прижиться, а плохое равновесие оказаться устойчивым.

Коротко

Новая институциональная экономика - направление, выросшее из вопроса Коуза о цене пользования рынком. Она сохраняет неоклассическое ядро, но добавляет положительные трансакционные издержки, ограниченную рациональность и оппортунизм, а объясняет через них происхождение фирм, контрактов, прав собственности и правил в целом. Каркас ответа держится на четырёх узлах: отличие от старого институционализма по методу, три предметные опоры теории, набор ветвей с их представителями и честный перечень уязвимых мест.