Институциональные изменения Норта: механизм и колея

Крепостное право в Западной Европе после эпидемии чумы XIV века начало рассыпаться, а восточнее Эльбы в те же десятилетия только окрепло. Шок был один и тот же - рабочих рук стало резко меньше, а земли на одного работника резко больше, - но правила разошлись в противоположные стороны и потянули за собой пять веков разной экономической истории. Дуглас Норт, нобелевский лауреат 1993 года, построил теорию, которая объясняет такие развилки: институциональные изменения по Норту имеют собственный механизм, собственный темп и собственную инерцию. Разобрать конкретный кейс или экзаменационный вопрос удобнее в форме ниже.

Что именно меняется

Институт у Норта - это правило игры вместе с механизмом принуждения к его исполнению. Отсюда следует, что институциональное изменение - сдвиг хотя бы одного из трёх элементов: формального правила, неформального ограничения или характеристик принуждения, то есть вероятности выявления нарушения и размера санкции. Границу между двумя первыми слоями подробно разбирает материал про формальные и неформальные институты; для теории изменений важно, что элементы движутся с разной скоростью, и именно рассинхронизация порождает почти все интересные эффекты.

Второе разграничение не менее принципиально. Институты - правила игры, организации - игроки: фирмы, партии, гильдии, университеты. Изменение правил инициируют игроки, но меняют они не себя, а рамку, в которой действуют. Смена директора завода не является институциональным изменением; введение процедуры банкротства, меняющей исход для всех кредиторов сразу, является.

Источник импульса: сдвиг относительных цен

Фундаментальным источником изменений Норт считал сдвиг относительных цен: соотношения цен факторов производства (земли к труду, капитала к труду), стоимости информации, цены применения технологии принуждения. Второй, более редкий источник - изменение предпочтений и представлений людей о справедливом.

Сдвиг относительных цен меняет стимулы хотя бы одной стороны обмена. Сторона, для которой прежние условия стали невыгодными, пытается пересмотреть контракт. Если пересмотр невозможен внутри действующих правил, давление переходит на уровень выше - на сами правила. Формально агент инициирует изменение, когда ожидаемый выигрыш перевешивает издержки:

$B(I_1) - B(I_0) > C_{\text{тр}} + C_{\text{пол}},$

где $B(I)$ - выигрыш агента при институте $I$, $C_{\text{тр}}$ - трансформационные издержки создания нового правила и инфраструктуры его исполнения, $C_{\text{пол}}$ - политические издержки продавливания решения через тех, кто теряет. Из неравенства сразу видно, почему выгодное для общества правило может не появиться: выигрыш считает конкретный агент, а не общество, и сравнивает его со своими издержками.

Рассчитать для своей задачи

Возвращаясь к чуме: рост отношения цены земли к цене труда обесценил принудительное закрепление работника там, где у крестьянина была возможность уйти к соседу, и, наоборот, повысил ценность контроля над работником там, где землевладельцы были организованы, а города слабы. Одинаковый ценовой шок при разной переговорной силе сторон дал противоположные институты.

Кто меняет правила: организации как агенты

Организации возникают под действующие правила и инвестируют в те навыки и знания, которые окупаются именно при них. Юридическая фирма, специализирующаяся на действующем налоговом режиме, гильдия с монополией на ремесло, ведомство с распределительной функцией - все они получают отдачу от сохранения рамки и одновременно заинтересованы в её точечной подстройке под себя.

Отсюда центральный тезис Норта: спрос на институциональное изменение - производный от максимизирующего поведения организаций. Предприниматель, политический или экономический, сопоставляет отдачу от действий внутри правил с отдачей от попытки правила поменять. Чем дороже обходится обход правила и чем дешевле его пересмотр, тем вероятнее второй путь. Побочный эффект того же механизма - инвестиции организаций в знания и обучение, которые постепенно меняют представления участников о том, как устроен мир, а значит меняют и сами правила.

Почему изменения почти всегда инкрементальны

Норт настаивал: изменение идёт предельными приращениями. Меняется не весь институциональный комплекс, а отдельная норма, отдельный пункт контракта, отдельная процедура принуждения. Причина в том, что переговорная сила распределена и любое крупное перераспределение встречает сопротивление проигрывающих, издержки которого входят в $C_{\text{пол}}$.

Дискретные изменения - революция, завоевание, оккупация - существуют, но их результат систематически расходится с замыслом. Формальные правила можно переписать за ночь, неформальные ограничения переписать нельзя: они воспроизводятся практикой и обучением. После слома старой формальной рамки общество получает конструкцию, где новые законы применяются старыми людьми по старым нормам, и итоговый порядок оказывается третьим, не похожим ни на прежний, ни на задуманный. Тот же разрыв объясняет неудачи заимствований, разобранные в материале про трансплантацию институтов.

Рассчитать для своей задачи

Зависимость от пути и возрастающая отдача

Инкрементальность плюс возрастающая отдача дают эффект колеи. Институт становится тем дешевле в применении, чем больше участников им пользуется. Брайан Артур выделил четыре источника этой отдачи, и Норт перенёс их на институты:

• высокие стартовые издержки - создание правила, реестра, судебной практики окупается только на большом числе применений;
• эффект обучения - участники накапливают навык работы именно с этим правилом;
• эффект координации - выгода от следования норме растёт с числом тех, кто ей следует, а вокруг института нарастает слой сопутствующих контрактов и организаций;
• адаптивные ожидания - чем шире распространено правило, тем увереннее участники, что оно сохранится, и тем охотнее в него вкладываются.

Формально удельные издержки применения института при $n$ пользователях можно записать как

$c(n) = c_0 n^{-\alpha}, \quad \alpha > 0,$

и тогда разрыв в издержках между укоренившимся институтом и любой альтернативой растёт сам собой. Наступает блокировка: переход на объективно лучшее правило требует одновременного согласованного движения множества участников, а каждому по отдельности переходить невыгодно. Учебная иллюстрация - раскладка клавиатуры QWERTY: закрепилась в конкретных технических условиях, условия исчезли, раскладка осталась.

Рассчитать для своей задачи

Важная оговорка: зависимость от пути не означает предопределённости. Она означает сужение множества доступных вариантов - история отсекает альтернативы, но не выбирает одну.

Почему неэффективные институты выживают

Самый неудобный для стандартной теории вывод Норта состоит в том, что институты не обязаны быть эффективными. Причин несколько, и на экзамене обычно спрашивают именно их.

Во-первых, правила создаются теми, у кого есть переговорная сила, и служат их интересам, а не максимуму общественного продукта. Во-вторых, политические рынки несовершеннее товарных: обратная связь от результата к решению слаба, издержки измерения политического товара огромны, а издержки ошибки несёт не тот, кто её совершил. В-третьих, участники действуют на основе субъективных ментальных моделей и идеологии; при неполной информации и высокой сложности среды ошибочные представления не отбраковываются рынком и передаются дальше через обучение. В-четвёртых, высокие трансакционные издержки не дают проигравшим выкупить у победителей отказ от плохого правила - тот самый случай, когда не срабатывает логика теоремы Коуза.

Устойчивость неэффективного порядка усиливает и то, что он порождает организации, приспособленные именно к нему: они умеют извлекать доход из перераспределения и оппортунистического поведения, а не из производства, и будут защищать рамку, которая их кормит.

Адаптивная эффективность

Отсюда критерий, который Норт противопоставил привычной аллокативной эффективности. Аллокативная эффективность оценивает статику: насколько хорошо ресурсы распределены здесь и сейчас. Адаптивная эффективность оценивает способность общества со временем накапливать знания, порождать разнообразие вариантов и дешёво отбраковывать неудачные.

Институты с высокой адаптивной эффективностью децентрализуют эксперимент - допускают много независимых попыток, защищают права экспериментатора на результат и делают банкротство неудачной попытки быстрым и недорогим. Общество может проигрывать по статической эффективности, но выигрывать вдолгую именно за счёт способности учиться и менять себя.

Частые ошибки

• Считать источником изменений технический прогресс сам по себе. У Норта прогресс действует через сдвиг относительных цен и стоимости информации, а не напрямую.
• Отождествлять изменение институтов с изменением организаций. Смена состава игроков не меняет правил игры.
• Считать, что отбор оставляет только эффективные институты. Норт доказывал обратное: отбор идёт по переговорной силе, а не по эффективности.
• Понимать зависимость от пути как жёсткую предопределённость. Она сужает выбор, но развилки остаются, и в момент шока роль случайности велика.
• Путать адаптивную и аллокативную эффективность в ответе на вопрос о критерии качества институтов.

FAQ

Чем институциональные изменения отличаются от институциональной эволюции? Эволюция описывает стихийный отбор правил без единого замысла, изменение по Норту включает и целенаправленное действие организаций и государства. Общее у них то, что результат не совпадает с намерением любого отдельного участника: правила складываются из множества предельных подстроек.

Что такое эффект блокировки простыми словами? Это ситуация, когда все понимают, что альтернативное правило лучше, но переход выгоден только при одновременном движении большинства. Каждому по отдельности выгоднее оставаться в старом правиле, поэтому общество остаётся в нём даже без чьего-либо принуждения.

Как связаны формальные правила и темп изменений? Формальные правила - самый быстрый слой: закон переписывают за месяцы. Неформальные ограничения меняются десятилетиями и веками, поэтому сразу после реформы разрыв между писаной нормой и практикой максимален, а результат реформы определяется тем, насколько неформальный слой её принял.

Коротко

Институциональные изменения по Норту запускает сдвиг относительных цен, который меняет стимулы организаций; организации предъявляют производный спрос на пересмотр правил и добиваются его предельными приращениями, потому что крупное перераспределение упирается в сопротивление проигрывающих. Возрастающая отдача от укоренившегося правила даёт зависимость от пути и блокировку, из-за которых неэффективный порядок способен держаться веками, тем более что правила изначально создаются под интересы обладателей переговорной силы, а политические рынки почти не дают обратной связи. Практический критерий качества институтов у Норта не статическая аллокативная эффективность, а адаптивная: способность общества экспериментировать, учиться и дёшево отбраковывать неудачные варианты.