Анархия есть то, что из неё делают государства: Вендт

Фраза «анархия - это то, что из неё делают государства» стала визитной карточкой конструктивизма в теории международных отношений. Её автор, американский политолог Александр Вендт, не отрицал, что над государствами нет мирового правительства. Он спорил с другим: с выводом, будто из одного этого факта автоматически следуют взаимный страх, самопомощь и силовая политика. По Вендту, одна и та же анархия может быть войной всех против всех, соперничеством по правилам или сообществом друзей, и какой она окажется, решают идеи и практики самих государств. Ниже разбираем статью 1992 года, спор с Кеннетом Уолцем, три культуры анархии и то, как применить эту оптику к кейсу. Инструмент сразу под введением определит культуру анархии для вашей пары государств.

Статья 1992 года: что именно сказал Вендт

Статья «Anarchy is What States Make of It: The Social Construction of Power Politics» вышла в журнале International Organization (т. 46, № 2) весной 1992 года. Точный перевод заголовка: «Анархия есть то, что из неё делают государства: социальное конструирование силовой политики». Слово «делают» здесь значит «превращают, выстраивают»: анархия не задаёт поведение сама, она наполняется смыслом через то, как государства обращаются друг с другом.

Центральный тезис Вендт формулирует прямо: самопомощь и силовая политика - это институты, а не неотъемлемые свойства анархии. Мишень статьи - оба рационалистических мейнстрима тех лет. И неореалисты, и неолибералы брали идентичности и интересы государств как заданные извне, до всякого взаимодействия. Спорили они лишь о том, насколько возможно сотрудничество при данных интересах (эта линия подробно разобрана в статье про неолиберальный институционализм). Вендт предложил сделать сами интересы предметом объяснения.

Спор с Уолцем: сила или идеи образуют структуру

У Кеннета Уолца («Теория международной политики», 1979) структура системы складывается из принципа упорядочивания (анархия), одинаковости функций единиц и распределения возможностей между ними. Меняется только третий элемент, поэтому поведение объясняется полярностью и балансом сил. Как устроен этот аргумент внутри реалистской традиции, показано в обзоре политического реализма; здесь важна именно точка, в которую бьёт Вендт.

Его ответ: распределение сил ничего не говорит, пока неизвестно, что участники думают друг о друге. Военная мощь США значит одно для Канады и совсем другое для Кубы, хотя обе страны соседствуют со сверхдержавой. В статье 1995 года Вендт добавил ставший хрестоматийным пример: 500 британских ядерных боеголовок угрожают США меньше, чем 5 северокорейских. Материальные возможности одни, смысл разный. Значит, структура международной системы - это не только распределение сил, но и распределение идей, общих знаний и ожиданий.

Рассчитать для своей задачи

Интерсубъективные значения: как рождаются идентичности и интересы

Ключевое понятие конструктивизма - интерсубъективные значения. Это не мнение одного государства и не объективный факт вроде численности армии, а знание, которое разделяют участники и на которое опираются их ожидания. Суверенитет существует лишь потому, что государства взаимно признают его и ведут себя соответственно.

Идентичность Вендт определяет как относительно устойчивое представление о себе и своей роли, из которого вырастают интересы. Государство не может знать, чего хочет, пока не знает, кто оно по отношению к другим. Враг вооружается против врага, союзник видит в тех же вооружениях вклад в общую оборону. Отсюда связь с дилеммой безопасности: для конструктивиста спираль недоверия не вшита в анархию, а воспроизводится практиками, которые участники сами поддерживают. Поэтому её можно и разомкнуть, как пытался сделать Горбачёв политикой «нового мышления», на пример которого ссылается сам Вендт.

Мысленный эксперимент «первой встречи»

Чтобы показать, что страх не дан заранее, Вендт предлагает представить контакт с инопланетной цивилизацией. Станем ли мы априори считать, что нас сейчас атакуют? Скорее нет: мы будем настороже, но будем читать сигналы пришельцев, а не палить по ним сразу.

Дальше идёт схема социального акта. Эго делает жест (например, приближается, но не стреляет). Альтер толкует жест и отвечает, опираясь на своё толкование. Эго, в свою очередь, толкует ответ. Через цепочку таких ходов у сторон складываются взаимные ожидания, то есть общее знание о том, кто есть кто. Если первые жесты были угрожающими, возникает враждебность; если сдержанными, возникает основа для доверия. Анархия в момент встречи одна и та же, а вырасти из неё может что угодно.

Рассчитать для своей задачи

Три культуры анархии в книге 1999 года

В «Социальной теории международной политики» (1999) Вендт превратил идею статьи в типологию. Он выделил три культуры анархии, названные по философам, чья картина мира им соответствует.

Названия отсылают к общественному договору Гоббса с его войной всех против всех, к Локку с идеей естественных прав и к Канту с проектом вечного мира, эмпирическую линию которого продолжает теория демократического мира. Локковскую культуру Вендт связывает с Вестфальским миром и суверенитетом: взаимное признание права на существование снижает «смертность» государств.

Вторая ось типологии - степень интернализации нормы. Первая степень: норму соблюдают под принуждением. Вторая: потому что это выгодно. Третья: потому что считают её легитимной, частью собственной идентичности. Даже гоббсовская культура может быть усвоена «до третьей степени» и тогда очень устойчива, а кантианская, держащаяся лишь на выгоде, хрупка.

Рассчитать для своей задачи

Конструктивизм как направление: Онуф, Катценштайн и другие

Вендт не единственный и не первый конструктивист. Сам термин в теорию международных отношений ввёл Николас Онуф в книге «Мир, который мы создаём» (1989), где правила и речевые акты конструируют политику. В сборнике Питера Катценштайна «Культура национальной безопасности» (1996) авторы показали, как нормы и идентичность определяют политику безопасности, в том числе послевоенных Германии и Японии. Марта Финнемор и Кэтрин Сиккинк описали жизненный цикл международных норм. Общий философский фон дают социологические идеи конструирования реальности у Бергера и Лукмана, а близкую логику «угроза как речевой акт» развивает теория секьюритизации. Вендтовская версия считается умеренной: она принимает государства как акторов и научный метод, поэтому её называют «срединным путём» между рационализмом и радикальной критикой.

Критика: материализм, государства в центре, неопределённость

Конструктивизм Вендта критикуют с трёх сторон.

• Недооценка материального. Реалисты отвечают, что намерения других нельзя проверить, а возможности видны, и потому осторожное государство обязано готовиться к худшему. Эту линию доводит до предела наступательный реализм Миршаймера; Дейл Коупленд (2000) добавил, что неизвестны не только нынешние, но и будущие намерения. Сам Вендт признаёт «остаточный материализм»: природа человека, география и технологии влияют, но слабее, чем принято думать.
• Государственно-центричность. Критические теоретики и постструктуралисты упрекают Вендта в том, что он принял государство за готового актора и не спрашивает, кто и как конструирует саму государственность.
• Трудность проверки. Идеи сложно измерить, и объяснение рискует стать ретроспективным: культура определяется по поведению, которое она же объясняет.

Как применить концепцию к кейсу в курсовой

Чтобы оптика Вендта работала, а не украшала введение, нужен порядок шагов.

1. Выберите пару или группу государств и период, иначе «культура» расплывается.
2. Опишите, как стороны определяют друг друга: документы стратегического планирования, речи лидеров, риторика СМИ.
3. Покажите логику поведения: ограничено ли применение силы, признаётся ли суверенитет, есть ли взаимная помощь.
4. Определите степень интернализации: норма держится на принуждении, выгоде или легитимности.
5. Найдите момент сдвига и практики, которые его произвели: франко-германское сближение после 1950 года, окончание холодной войны.
6. Сопоставьте с реалистским объяснением того же кейса и покажите, что оно упускает.

Частые ошибки

• Считать, что Вендт отрицает анархию. Он отрицает только то, что из неё однозначно выводится силовая политика.
• Смешивать культуру анархии с режимом внутри государства: культура характеризует отношения между государствами.
• Путать три культуры с тремя степенями интернализации; это две разные оси.
• Приписывать Вендту идеализм «всё решают добрые намерения». Идеи в его теории бывают и враждебными.
• Ставить формулу в эпиграф без применения к материалу.

FAQ

Как правильно перевести «Anarchy is What States Make of It»? Устоявшийся перевод: «Анархия есть то, что из неё делают государства». Вариант «анархия - это то, что делают государства» теряет смысл превращения: государства не создают анархию, а наполняют её значением.

Чем конструктивизм отличается от неореализма? Неореализм выводит поведение из распределения сил при заданных интересах, конструктивизм объясняет, откуда берутся сами интересы и идентичности.

Какая культура анархии господствует сегодня? Вендт считал современную систему преимущественно локковской с кантианскими зонами, прежде всего в Северной Атлантике и Европе.

Коротко

Александр Вендт в статье 1992 года показал, что анархия не предопределяет силовую политику: самопомощь и взаимный страх - это институты, которые государства воспроизводят своими практиками. Структура системы включает не только распределение сил, но и распределение идей, а идентичности и интересы складываются во взаимодействии, как в мысленной первой встрече с пришельцами. В книге 1999 года он выделил гоббсовскую, локковскую и кантианскую культуры анархии с тремя степенями усвоения норм, а критики упрекают его в недооценке материального и государственно-центричности.