Общественный договор Гоббса: суверен вне договора

Вопрос об общественном договоре Гоббса на экзамене почти всегда получает один и тот же ответ: люди устали от войны всех против всех и договорились передать власть государю. По сюжету верно, по сути бесполезно, потому что вся оригинальность конструкции спрятана в деталях: что именно передаётся, кто с кем договаривается и почему суверен в итоге ничем не связан. Разберём договор из «Левиафана» (1651) по шагам, от естественного состояния до границ подчинения.

Естественное состояние: откуда берётся война всех против всех

Гоббс начинает не с истории, а с мысленного эксперимента: уберите государство и посмотрите, что останется. Останутся примерно равные по силам люди, ведь даже слабейший имеет достаточно сил, чтобы убить сильнейшего, хитростью или в союзе с другими. Из равенства способностей следует равенство надежд на достижение целей, а из него конфликт, когда двое хотят одного и того же и не могут владеть этим вместе.

Из природы человека Гоббс выводит три причины вражды: соперничество (нападают ради выгоды), недоверие (нападают ради безопасности, потому что упреждающий удар надёжнее ожидания) и жажда славы (нападают ради репутации, чтобы будущие соперники не рискнули).

Рассчитать для своей задачи

Оговорка, которую в рефератах обычно теряют: война всех против всех у Гоббса не непрерывная резня, а состояние, в котором известна воля к борьбе, а гарантий мира нет. Как в ненастную погоду дождь идёт не каждую минуту, но погода остаётся дождливой. Следствие такого состояния не только страх насильственной смерти: невозможно любое длительное предприятие, нет земледелия, ремёсел, мореплавания и наук, а жизнь человека оказывается одинокой, бедной, беспросветной, тупой и кратковременной.

Право природы и закон природы: два разных понятия

Здесь ломается половина письменных работ. Гоббс различает jus naturale и lex naturalis, и это противоположные по логике вещи.

Право природы - свобода каждого использовать собственные силы по своему усмотрению для сохранения жизни. Это разрешение, а не обязанность, и в естественном состоянии оно распространяется на всё, вплоть до тела другого человека. Именно из-за всеобщности этого права никто не защищён: моё право на всё делает ничьё право ни на что не обеспеченным.

Закон природы - предписание разума, запрещающее делать то, что губительно для жизни. Это уже обязанность. Первый закон: искать мира, а если мира достичь нельзя, использовать все преимущества войны. Второй: быть готовым отказаться от права на всё, когда к этому готовы и другие, и довольствоваться такой мерой свободы, какую человек допускает у остальных. Третий: соблюдать заключённые соглашения, иначе они остаются пустым звуком. Всего в «Левиафане» перечислено девятнадцать законов природы, но конструкцию договора несут первые три.

Отказ от права и перенос права: механика соглашения

Второй закон задаёт технику. Гоббс различает два действия: простой отказ, когда я просто перестаю мешать другим пользоваться их правом, безадресно, и перенос, когда я отказываюсь от права в пользу конкретного лица. Общественный договор построен на втором.

Переносится при этом не сила и не имущество, а право управлять собой. Формула из семнадцатой главы звучит так: я уполномочиваю этого человека или это собрание лиц и передаю ему моё право управлять собой при условии, что ты таким же образом передашь ему своё право и одобришь все его действия.

Отдельно стоит различать договор и соглашение: соглашением Гоббс называет случай, когда исполнение хотя бы одной стороны отложено во времени. Именно поэтому в естественном состоянии соглашения ничтожны, ведь тот, кто исполняет первым, рискует остаться ни с чем. Соглашения без меча суть только слова. Мечом становится сам результат договора: власть, страх перед которой делает исполнение рациональным для каждого.

Кто с кем заключает договор

Ключевая особенность конструкции, которую нужно назвать в любой работе: договор заключается подданными между собой, а не между народом и сувереном. Каждый договаривается с каждым, что уполномочит третью сторону, а сама эта третья сторона в соглашении не участвует и обязательств на себя не берёт.

Рассчитать для своей задачи

Отсюда все знаменитые следствия. Суверен не может нарушить договор, потому что не является его стороной, а значит, его нельзя обвинить в несправедливости и на этом основании низложить. Подданные не вправе законно сменить форму правления: они связаны обязательством друг перед другом, и одностороннего выхода из него нет. Наказывает суверен не как сторона спора, а как носитель права, которое ему передали, то есть формально наказание налагает на подданного он сам через своего представителя.

Полезно сравнить это с логикой суверенитета у Жана Бодена: у Бодена верховная власть неделима по определению и ограничена божественным и естественным законом, у Гоббса она неделима потому, что всякое деление возвращает состояние войны, и связана единственной целью, ради которой создана. Историческую рамку спора о верховной власти задаёт Вестфальский мир, заключённый за три года до выхода «Левиафана».

Авторизация: как множество становится одним лицом

Механизм из шестнадцатой главы, без которого договор не работает, это различие автора и актёра. Автор тот, кому принадлежит действие, актёр тот, кто действие совершает от чужого имени. Суверен есть актёр, подданные авторы: они заранее признают его действия своими собственными.

Такая авторизация меняет статус множества. До договора есть толпа, набор отдельных воль, которому нельзя ничего вменить. После договора есть одно лицо, потому что единство создаётся не совпадением воль, а единством представителя: множество людей становится одним лицом, когда оно представлено одним человеком. Отсюда и образ на фронтисписе первого издания, где тело Левиафана сложено из фигур подданных, и определение государства как смертного бога, которому люди обязаны миром под властью бога бессмертного.

Что суверен не может и где кончается подчинение

Абсолютизм Гоббса имеет ровно одну, но принципиальную границу. Право защищать собственную жизнь неотчуждаемо: перенести его невозможно, потому что смысл всего договора состоял именно в самосохранении. Отсюда набор случаев, где подданный вправе не подчиниться:

• приказ убить или покалечить себя, а также свидетельствовать против себя без гарантии помилования;
• приказ идти на верную смерть, если речь не о защите самого государства (бегство труса Гоббс допускает, хотя и называет бесчестьем);
• ситуация, когда суверен фактически перестал защищать, ведь обязательство подданных длится ровно столько, сколько длится защита.

Последний пункт превращает конструкцию в договор об эффективности: власть легитимна, пока справляется со своей задачей. Этим Гоббс неудобен и для критиков абсолютизма, и для его чистых апологетов.

Гоббс, Локк и Руссо: три версии договора

Рассчитать для своей задачи

• Гоббс: естественное состояние есть война; переносится право управлять собой почти целиком; суверен вне договора; сопротивления нет, кроме защиты собственной жизни.
• Локк: естественное состояние относительно мирно, но неудобно, потому что нет общего судьи, писаного закона и силы исполнения; передаётся только право наказывать нарушителей; власть получает полномочие на доверии, и при злоупотреблении народ вправе её сменить.
• Руссо: отчуждается всё, но в пользу всех сразу, то есть ни в чью отдельную пользу; суверен есть сам народ как общая воля, а представительство суверенитета невозможно в принципе.

Разница в выводах вырастает не из разной морали авторов, а из разной посылки о естественном состоянии: кто описал его страшнее, тот получил на выходе более сильную власть. Позже эту линию оспорит Гегель, у которого договорная модель к государству вообще неприменима и относится лишь к гражданскому обществу как сфере частных интересов.

Частые ошибки

• Путать право и закон природы. Jus есть свобода, lex есть обязанность, и второй существует ради ограничения первого.
• Писать, что народ заключил договор с сувереном. Это модель Локка и отчасти средневековых теорий; у Гоббса стороны договора только подданные.
• Считать войну всех против всех историческим периодом. Это логическая реконструкция, а не эпоха; сам Гоббс ссылается лишь на международные отношения и гражданскую смуту как на частичные примеры.
• Приписывать подданным полное бесправие. Право на жизнь неотчуждаемо, а обязанность повиноваться прекращается вместе с реальной защитой.
• Смешивать отказ от права и его перенос. Безадресный отказ не создаёт суверена, договор строится именно на переносе в пользу конкретного лица или собрания.

FAQ

Чем соглашение отличается от обычного договора у Гоббса? Соглашением называется договор с отложенным исполнением хотя бы одной стороны. Такая отсрочка и создаёт проблему доверия, ради которой нужна принуждающая власть.

Почему государство названо смертным богом? Потому что оно создано людьми, а не природой, обладает почти неограниченной властью в земных делах, но остаётся смертным: гибнет от мятежа, разделения власти или внешнего завоевания.

Есть ли у подданных право на восстание? Организованного права на восстание нет, поскольку договор заключён между подданными и суверен его не нарушает. Остаётся индивидуальное право сопротивляться прямой угрозе собственной жизни и свобода от обязательства, когда защита прекратилась.

Коротко

Общественный договор Гоббса это перенос права управлять собой на общего представителя, совершаемый подданными в отношении друг друга, а не в отношении будущего суверена. Из равенства людей рождается война всех против всех, из страха и разума рождаются законы природы, а из второго закона техника переноса права. Суверен получает власть как актёр, действия которого подданные заранее признают своими, и потому его нельзя обвинить в нарушении договора. Единственная граница конструкции неотчуждаемое право на самосохранение: обязанность повиноваться длится ровно столько, сколько длится защита.