Истоки тоталитаризма Арендт: разбор книги 1951 года

«Истоки тоталитаризма» (The Origins of Totalitarianism, 1951) - главный труд Ханны Арендт (1906-1975) и самая неудобная для студента книга: её цитируют почти исключительно по третьей части, а первые две, об антисемитизме и империализме, пролистывают, хотя без них замысел рассыпается. Формально это не история и не социология: три части соединены не хронологией и не причинной цепочкой, а идеей кристаллизации элементов. Ниже - как книга писалась и переиздавалась, что доказывает каждая часть, откуда взялся спор о названии, в чём состоит метод и какие претензии предъявляют историки. Собрать точный запрос по своей теме помогает форма ниже.

Как писалась и издавалась книга

Работа шла в 1945-1949 годах: замысел вырос из шока от известий о лагерях уничтожения, которым Арендт, по её собственному признанию, сначала отказывалась верить. Книга вышла в 1951 году в нью-йоркском издательстве Harcourt, Brace; в том же году в Лондоне тот же текст напечатан под заглавием «The Burden of Our Time» («Бремя нашего времени»).

Дальше начинается путаница с изданиями, из-за которой студенческие ссылки чаще всего и бывают некорректны:

• 1951 - первое американское издание, три части, без главы об идеологии и терроре;
• 1955 - немецкая авторская версия «Elemente und Ursprünge totaler Herrschaft» («Элементы и истоки тотального господства»), заметно переработанная;
• 1958 - второе английское издание: добавлены глава «Идеология и террор: новая форма правления» (первоначально статья 1953 года) и эпилог о венгерских событиях 1956 года;
• 1966 - третье издание: эпилог снят, каждая из трёх частей получила отдельное предисловие.

Русский перевод (Москва, ЦентрКом, 1996) сделан по позднему английскому тексту, поэтому глава об идеологии и терроре в нём есть. Разница заглавий не косметическая: английское Origins толкает читателя к схеме «причина → следствие», немецкое честно говорит об элементах. Арендт этой подмены не хотела и в переписке возражала против навязанного издателем слова.

Часть первая: антисемитизм как политическая проблема

Первая часть отвечает на вопрос, почему в центре катастрофы XX века оказалась именно еврейская общность. Арендт сразу отводит два ходовых объяснения. «Вечный антисемитизм» - то есть непрерывная религиозная вражда от Средневековья до Освенцима - ничего не объясняет, потому что объявляет истребление естественным продолжением бытовой неприязни. Теория козла отпущения объясняет ещё меньше: если жертва произвольна, то нет и предмета исследования, а история показывает, что жертва как раз не была случайной.

Собственная линия Арендт политическая. Еврейские финансовые группы веками выполняли конкретную государственную функцию: придворные банкиры кредитовали абсолютистские дворы, затем - становящиеся нации-государства, оставаясь при этом вне сословий и вне нации. К концу XIX века функция исчезает: у государств появляются собственные банковские системы и имперский капитал. Богатство остаётся, а видимая функция уходит - и именно это, по Арендт, невыносимо: с эксплуатацией и властью общество мирится легче, чем с богатством, за которым не стоит никакой понятной роли.

Отдельная глава разбирает социальный антисемитизм в отличие от политического: салонное общество, фигура «исключительного еврея» и различение парии и парвеню, взятое Арендт у Бернара Лазара. Кульминация части - дело Дрейфуса (1894-1906), которое Арендт называет генеральной репетицией XX века: здесь впервые сходятся уличная толпа, союз черни и части элиты и антисемитизм не как предрассудок, а как готовая партийная программа.

Рассчитать для своей задачи

Часть вторая: империализм и бумеранг колоний

Вторая часть охватывает «эпоху империализма» 1884-1914 годов и вводит понятия, без которых третья часть не читается. Двигатель эпохи - экспансия ради экспансии, политический перевод чисто экономического «накопления ради накопления»; предельная формула у Арендт - приписываемые Сесилу Родсу слова о том, что он аннексировал бы планеты, если бы мог. Впервые к политической власти прорывается буржуазия, вывозящая за пределы Европы одновременно избыточный капитал и «излишних людей» - чернь (mob), отбросы всех классов, у которых нет ни классового интереса, ни представительства.

За морем отрабатываются два новых инструмента господства. Раса заменяет нацию как принцип организации: в бурской Южной Африке отношение к местному населению выводится не из закона, а из происхождения. Бюрократия заменяет закон как принцип власти: образец у Арендт - лорд Кромер в Египте, правление через декреты, где администратор не связан ни конституцией, ни публичной ответственностью. Оба инструмента проверены там, где на них не смотрит европейское общественное мнение, и оба возвращаются домой - это и есть бумеранг-эффект.

Рассчитать для своей задачи

Отдельная глава - континентальный империализм: пангерманизм и панславизм. Заморских территорий у них нет, поэтому экспансия мыслится как расширение по суше, а вместо расы работает племенной национализм с идеей врождённой избранности народа. Панские союзы открыто презирают государство и партийную систему и строят себя как «партии над партиями» - организационно это прямые предшественники тоталитарных движений.

Закат нации-государства и право иметь права

Девятая глава сегодня цитируется чаще всех остальных и живёт отдельной жизнью в теории гражданства и миграции. После Первой мировой рассыпается связка «народ - территория - государство»: империи распались, новые государства строились как национальные, а внутри них остались меньшинства, которых не защищала уже никакая нация. Договоры о меньшинствах не сработали, и Европа получила массы апатридов - людей, юридически не принадлежащих нигде.

Здесь Арендт формулирует парадокс прав человека. Права провозглашены неотчуждаемыми и принадлежащими человеку как таковому, но реально их обеспечивает только политическое сообщество. Тот, кто теряет гражданство, остаётся «просто человеком» - и именно в этом положении обнаруживает, что абстрактные права не защищают ни от чего. Отсюда знаменитая формула: подлинное фундаментальное право - это право иметь права, то есть право принадлежать к сообществу, где твои слова и поступки вообще что-то значат.

Рассчитать для своей задачи

Часть третья и место главы «Идеология и террор»

Третья часть собирает элементы: бесклассовое общество и массы, пропаганда и организация движения, тоталитаризм у власти с двоением партии и государства, тайная полиция, наконец лагерь как лаборатория тотального господства. Добавленная в 1958 году глава подводит итог в понятийной рамке: сущность правления - террор, принцип действия - идеология, а массовое условие его возможности - одиночество. Подробный разбор этих понятий, отличий от тирании и структуры движения - в отдельном тексте о тоталитаризме в трактовке Арендт.

Метод: элементы, кристаллизация, понимание

Ключ к книге Арендт дала в ответе Эрику Фёгелину («A Reply», журнал Review of Politics, 1953): она писала не историю антисемитизма и не историю империализма, а историю элементов, кристаллизовавшихся в тоталитаризм. Метафора химическая и намеренная: элементы существуют по отдельности, их сочетание не было необходимым, а различить их можно только задним числом, из точки уже случившегося события.

Отсюда три следствия для работы с текстом. Во-первых, из книги нельзя вывести формулу «причиной тоталитаризма был империализм» - это прямое нарушение авторского замысла. Во-вторых, жанр: Арендт рассказывает истории и собирает фрагменты, как беньяминовский ловец жемчуга, а не строит объяснительную модель. В-третьих, её цель - понимание (в эссе «Понимание и политика», 1953) как примирение с реальностью и удержание её перед глазами, а не каузальное объяснение, после которого можно закрыть вопрос.

Критика и рецепция

• Фёгелин упрекал Арендт в смешении описания с моральной оценкой и в эмоционально нагруженном языке; она отвечала, что нейтральный язык применительно к лагерям сам по себе является искажением предмета.
• Историки указывают на фактические неточности и неравную источниковую базу: нацистская часть опирается на трофейные документы, советская писалась без доступа к архивам, открывшимся только в 1990-е.
• Слабость сцепки частей: Германия 1933 года не была колониальной державой, поэтому переход от империализма к нацизму заявлен сильнее, чем показан.
• Ревизионистская советология 1970-1980-х (Шейла Фицпатрик, Джон Арч Гетти) считает модель тотального контроля преувеличенной, а режим - хаотичнее и конфликтнее.
• Постколониальное чтение с 2000-х (Энцо Траверсо, Махмуд Мамдани, Ричард Кинг и Дэн Стоун), наоборот, ценит вторую часть как один из первых текстов, связавших колониальное насилие с европейским геноцидом; рядом с ней обычно ставят «Рассуждение о колониализме» Эме Сезера (1950).

Частые ошибки

• Читать только третью часть. Тогда исчезает половина аргумента, и «Истоки» превращаются в набор определений тоталитаризма.
• Понимать заглавие буквально. Origins здесь не «причины»: немецкий вариант с «элементами» точнее, а причинного вывода в книге нет.
• Приписывать Арендт теорию козла отпущения. Она её прямо опровергает в первой же главе.
• Путать два зла. «Радикальное зло» финала «Истоков» и банальность зла из книги об Эйхмане (1963) - разные формулы, от первой Арендт впоследствии отказалась.
• Ссылаться на издание 1951 года, цитируя главу «Идеология и террор». Её там нет: она появляется только со второго издания 1958 года.

FAQ

Почему книга называется «Истоки», если Арендт против причинности? Английское заглавие предложило издательство. Авторская немецкая версия 1955 года называется «Элементы и истоки тотального господства», и именно она передаёт замысел: элементы кристаллизуются, а не порождают следствие по цепочке.

Зачем в книге о тоталитаризме целая часть про империализм? Оттуда берутся четыре элемента: раса как принцип организации, бюрократия как принцип власти, племенной национализм панских движений и массы апатридов, показавшие, что права человека без гражданства ничего не гарантируют.

Какое издание цитировать в курсовой? Второе или третье английское (1958, 1966) либо русский перевод 1996 года, сделанный по позднему тексту. При ссылке указывайте часть и главу, а не только страницу: пагинация изданий не совпадает.

Коротко

«Истоки тоталитаризма» - книга из трёх частей, где антисемитизм даёт фигуру врага по происхождению, империализм - расу, бюрократию, племенной национализм и апатридов, а третья часть показывает, как эти элементы кристаллизуются в новую форму правления с террором в качестве сущности и идеологией в качестве принципа. Причинной цепочки Арендт не строит принципиально, и именно поэтому её нельзя пересказывать формулой «империализм привёл к нацизму». Главные линии критики - фактические неточности, слабая сцепка частей и статичность модели; главное живое наследие - глава об апатридах с формулой права иметь права и бумеранг-эффект, ставший рабочей гипотезой в исследованиях колониального насилия.