Идеологические аппараты государства: Альтюссер

Идеологические аппараты государства это ответ Луи Альтюссера на вопрос, который классический марксизм считал решённым: почему капиталистическое общество воспроизводит себя изо дня в день, почти не прибегая к силе. Статья 1970 года переносит объяснение с полиции и армии на школу, семью, церковь, право и прессу, а идеологию описывает не как ложные мысли в головах, а как материальную практику, которая делает из индивида субъекта. Ниже разобраны основные тезисы статьи; если нужен разбор под вопрос семинара или конкретную цитату, соберите его в форме.

Статья 1970 года и её место в проекте Альтюссера

Полное название текста: «Идеология и идеологические аппараты государства (заметки для исследования)», журнал La Pensée, июнь 1970 года. Это извлечение из большой незаконченной рукописи о воспроизводстве, изданной целиком только в 1995 году, поэтому статья и читается как конспект тезисов, а не как законченная теория.

К тому моменту Альтюссер уже выпустил «За Маркса» и «Читать Капитал» (1965) и предложил структуралистское прочтение марксизма: эпистемологический разрыв между ранним и зрелым Марксом, сверхдетерминация противоречий, относительная автономия надстройки. Статья об аппаратах достраивает эту рамку снизу, со стороны механики повседневного порядка. Общий каркас базиса и надстройки можно сопоставить с текстом о марксизме в России.

Воспроизводство условий производства

Начинает Альтюссер не с идеологии, а с наблюдения Маркса: чтобы производить, общество обязано одновременно воспроизводить сами условия производства. Воспроизводить нужно средства производства (сырьё, станки, здания) и рабочую силу. Первое решается внутри экономики, покупкой и амортизацией. Второе решается за воротами предприятия: рабочая сила восстанавливается зарплатой, но её ещё нужно сделать квалифицированной и покорной.

Квалификация современного работника формируется не у станка, как при цеховом ученичестве, а в системе школьного образования. Там же усваиваются правила хорошего поведения: почтение к порядку, дисциплина, разделение на тех, кто исполняет, и тех, кто распоряжается. Отсюда вывод, из которого выросла вся статья: воспроизводство рабочей силы есть воспроизводство её подчинения господствующей идеологии.

Рассчитать для своей задачи

Репрессивный аппарат против идеологических

Классическая марксистская теория описывала государство как машину подавления: правительство, администрация, армия, полиция, суды, тюрьмы. Альтюссер называет этот набор репрессивным аппаратом государства и добавляет к нему второй ряд, идеологические аппараты: школьный, религиозный, семейный, правовой, политический, профсоюзный, информационный, культурный.

Различия он проводит по трём линиям. Репрессивный аппарат один, идеологических много. Репрессивный целиком принадлежит публичной сфере, идеологические по форме чаще частные (частная школа, приход, газета, семья), и здесь Альтюссер отвечает возможному возражению: деление на публичное и частное само установлено буржуазным правом, для анализа функции оно не решающее. Наконец, репрессивный аппарат действует прежде всего насилием и лишь во вторую очередь идеологией, а идеологические наоборот. Чистых случаев нет: армия воспитывает и награждает, школа наказывает и отчисляет. Единство пёстрого набора обеспечивает господствующая идеология, а сами аппараты Альтюссер называет не только орудием, но и полем классовой борьбы.

Школа как главный идеологический аппарат

Ключевой исторический тезис: в зрелых капиталистических обществах доминирующим идеологическим аппаратом стала школа, потеснив церковь, которая держала это место при феодализме. Аргументов несколько. Школа берёт детей всех классов и держит их обязательно, много лет, почти каждый день, в самом восприимчивом возрасте. Она передаёт умения (чтение, счёт, литература, наука) в оболочке господствующей идеологии. Она сортирует людей по позициям в разделении труда: одних выпускает на производство после базового цикла, других ведёт к техническим, административным и управленческим ролям.

И всё это делается при всеобщем признании школы нейтральной, свободной от политики территорией. Такая невидимость и есть, по Альтюссеру, её главный идеологический эффект; он называет её самой охраняемой тайной эпохи.

Рассчитать для своей задачи

Идеология как воображаемое отношение к реальным условиям

Первый теоретический тезис статьи: идеология представляет воображаемое отношение индивидов к их реальным условиям существования. Значимо каждое слово. Отражается не мир сам по себе, а отношение к нему. И это отношение воображаемое, то есть выстроенное как образ, в котором человек узнаёт себя. Поэтому идеология не сводится к обману: она не столько лжёт о фактах, сколько задаёт форму, в которой переживается собственное место в мире.

Второй тезис звучит парадоксально: идеология не имеет истории. Отдельные идеологии историчны и умирают вместе со своими обществами, но идеология как структура отношения субъекта к своим условиям вечна в том же смысле, в каком вечно фрейдовское бессознательное. Этим Альтюссер расходится с объяснением через ложное сознание и овеществление, где разрыв связывают с классовой структурой пролетариата. У него выхода за пределы идеологии нет ни у кого, есть только научное знание о её механике.

Материальность идеологии: практики и ритуалы

Третий шаг: идеология имеет материальное существование. Убеждения живут не в голове, а в поступках. Человек ходит на службу, встаёт на колени, голосует, подписывает договор, поднимает руку на уроке. Поступки вписаны в практики, практики регулируются ритуалами, ритуалы принадлежат аппарату. Альтюссер прямо ссылается на совет Паскаля: встаньте на колени, шевелите губами, читая молитву, и уверуете. Порядок обратный привычному: не вера порождает обряд, а обряд производит веру.

Для исследователя отсюда следует практическое правило. Изучать надо не декларации и доктрины, а расписание, экзаменационную процедуру, присягу, форму бланка, порядок рассадки. Именно там идеология существует физически, а не в виде идей.

Интерпелляция: как индивид становится субъектом

Самая известная сцена статьи. На улице раздаётся оклик: «Эй, вы, там!» Прохожий оборачивается, и этим поворотом становится субъектом, потому что узнал, что окликнули именно его. Идеология работает, окликая (интерпеллируя) индивидов как субъектов, и в девяти случаях из десяти узнавание срабатывает без ошибки.

Слово «субъект» здесь намеренно двусмысленно: субъект как свободный источник собственных действий и субъект как подданный, подчинённый высшей инстанции. Механизм держится на совмещении: человек подчиняется охотно и без принуждения именно потому, что считает себя свободным автором своих поступков. Сцену с окликом Альтюссер тут же оговаривает: она разложена во времени только для наглядности, реального «до» у неё нет. Индивид всегда уже субъект, ещё до рождения, через имя, ожидания и место в семье. Религиозную идеологию он разбирает как удвоение: Субъект с большой буквы окликает субъектов, а те узнают себя в этом зеркале и потому ведут себя как надо.

Рассчитать для своей задачи

Критика: Томпсон, Рансьер и упрёк в функционализме

Историк Эдвард Палмер Томпсон в памфлете «Нищета теории» (1978) обвинил Альтюссера в теоретизме: живые люди с их опытом и борьбой исчезают, остаётся схема, которую невозможно проверить историческим материалом. Жак Рансьер, соавтор «Читать Капитал», в «Уроке Альтюссера» (1974) вывернул теорию против неё самой: конструкция, где массы всегда пребывают в идеологии, а истина принадлежит знающему теоретику, воспроизводит ту самую иерархию учителя и ученика, которую разоблачает статья про школу.

Общий упрёк формулируют как функционализм. Если аппараты исправно воспроизводят порядок, непонятно, откуда берутся забастовки, ереси и революции. Альтюссер оговаривал, что аппараты сами являются полем классовой борьбы, но механизма изменения не предложил. По этой линии его обычно и сравнивают с культурной гегемонией Грамши, где согласие приходится завоёвывать, а значит, его можно оспорить контргегемонией.

Что осталось: культурные исследования и теория субъекта

Схема оказалась живучей. Стюарт Холл и Бирмингемская школа взяли аппараты и интерпелляцию, но добавили активную аудиторию: сообщение можно прочитать в согласии, договорно или оппозиционно, поэтому воспроизводство никогда не бывает автоматическим. Мишель Пешё перенёс интерпелляцию в анализ дискурса. Джудит Батлер в «Психике власти» объяснила, почему оклик срабатывает: субъект страстно привязан к инстанции, которая его подчиняет. Славой Жижек добавил, что современная идеология держится не на вере, а на цинической дистанции при полном соблюдении ритуала. Социология образования и медиаисследования пользуются понятием аппарата до сих пор, отвязав его от жёсткого функционализма 1970 года.

Частые ошибки

• Считать идеологические аппараты синонимом институтов гражданского общества. Аппарат определяется функцией воспроизводства господствующей идеологии, а не формой собственности и не расположением вне государства.
• Проводить границу по признаку насилия: где применяют силу, там репрессивный аппарат. Граница проходит по преобладающему способу действия, работают оба типа и силой, и идеологией.
• Путать воображаемое отношение с ложью. Это не перечень неверных утверждений, а форма, в которой человек переживает своё положение.
• Приписывать Альтюссеру прямой экономический детерминизм. Надстройка у него относительно автономна, а определение экономикой действует в последней инстанции, которая, по его собственной формуле, никогда не наступает.
• Читать интерпелляцию как событие с двумя стадиями: сначала индивид, потом оклик. Индивид всегда уже субъект.

FAQ

Чем идеологические аппараты государства отличаются от гегемонии Грамши?

Грамши описывает согласие, которое завоёвывается в гражданском обществе борьбой партий и интеллектуалов, и потому допускает контргегемонию. Альтюссер втягивает гражданское общество внутрь государства и объясняет воспроизводство структурно, через функции аппаратов, поэтому активному согласию у него остаётся меньше места.

Почему главный аппарат школа, а не средства массовой информации?

Статья написана до цифровых медиа, но аргумент строится не на охвате. Школа обязательна, длится годами, работает с детьми и вдобавок распределяет выпускников по позициям в разделении труда, выдавая документ. Медиа охватывают шире, но аттестата не выдают и присутствия не требуют.

Идеология у Альтюссера это всегда плохо?

Нет. Идеология вечна и необходима: без неё индивид не мог бы действовать как субъект, то есть вообще действовать осмысленно. Критике подвергается не сам факт идеологии, а конкретное господствующее содержание и невидимость работы аппаратов, которая выдаёт это содержание за нейтральную норму.

Коротко

Альтюссер объясняет устойчивость капитализма не силой, а воспроизводством: каждый день должна заново появляться квалифицированная и покорная рабочая сила, и заняты этим идеологические аппараты государства, главный среди которых школа. Идеология для него не набор идей, а воображаемое отношение к реальным условиям, существующее материально в практиках и ритуалах и превращающее индивида в субъекта через оклик. Сильная сторона теории в том, что она показывает механику повседневного согласия; слабая в том, что хорошо объясняет устойчивость и плохо изменение, куда и били Томпсон с Рансьером, а культурные исследования вернули в схему сопротивление.