Обратная отсылка в МЧП: renvoi и его последствия

Когда российский суд применяет коллизионную норму и обращается к праву иностранного государства, возникает неожиданный вопрос: что именно считать «правом» этого государства - только его материальные нормы или всю правовую систему, включая собственные коллизионные нормы? Если иностранные коллизионные нормы отсылают обратно к российскому праву или к праву третьей страны, возникает феномен, именуемый обратной отсылкой. Разберём, как работает этот механизм и как с ним обращается российское законодательство.

Понятие и природа renvoi

Обратная отсылка (от французского renvoi - «отсылка», «возврат») - это ситуация, при которой применимое иностранное право включает собственные коллизионные нормы, указывающие не на своё материальное право, а назад - на право страны суда или вперёд - на право третьего государства.

Исторически проблема впервые ярко проявилась в деле Forgo (Франция, 1878): французский суд применил баварское право к наследству, но баварские коллизионные нормы сами отсылали к праву страны домицилия умершего - то есть обратно к французскому праву. Суд принял эту отсылку и применил французское материальное право. С тех пор renvoi остаётся одним из наиболее дискуссионных институтов международного частного права.

Рассчитать для своей задачи

Виды отсылок: первая и вторая степень

В доктрине различают два вида renvoi. Обратная отсылка первой степени (renvoi au premier degré): иностранная коллизионная норма указывает обратно на право страны суда (lex fori). Именно этот вид наиболее практически значим, поскольку суд в итоге применяет собственное материальное право.

Отсылка к праву третьего государства (renvoi au deuxième degré, трансмиссия): иностранная коллизионная норма направляет к праву третьей страны, которая не является ни страной суда, ни первоначально выбранным правопорядком. Этот вид сложнее: если принять трансмиссию, суд должен обратиться к коллизионным нормам уже третьей страны, рискуя уйти в бесконечную цепочку отсылок.

Теоретически возможна и «замкнутая» система, когда право страны суда снова отсылает к иностранному праву - так возникает «порочный круг», называемый pingpong renvoi.

Аргументы «за» и «против» принятия renvoi

Сторонники принятия обратной отсылки приводят следующие доводы. Во-первых, если цель коллизионного метода - выбрать правопорядок, наиболее тесно связанный с отношением, то правопорядок следует понимать как целостную систему, включая его коллизионные нормы. Во-вторых, принятие renvoi обеспечивает единообразие решений: результат разбирательства совпадает с тем, каким он был бы в иностранном суде. В-третьих, в ряде случаев принятие отсылки удобно практически - суд применяет знакомое ему внутреннее право.

Противники указывают на иное. Применение иностранного права предполагается как применение его материальных норм: в противном случае суд рискует попасть в логически замкнутый круг, а предсказуемость выбора права утрачивается. Кроме того, в сфере договорного права принятие renvoi способно разрушить автономию воли сторон, которые выбрали конкретное право, имея в виду его материальное содержание.

Решение по ст. 1190 ГК РФ

Российский законодатель закрепил умеренную позицию в статье 1190 Гражданского кодекса РФ. Согласно п. 1 ст. 1190 ГК РФ, любая отсылка к иностранному праву рассматривается как отсылка к материальному праву соответствующей страны, а не к её коллизионным нормам. Это означает, что по общему правилу renvoi в России не принимается.

Исключение установлено п. 2 ст. 1190 ГК РФ: обратная отсылка к российскому праву принимается в случаях отсылки к закону, которым определяется правовое положение физического лица (ст. 1195-1200 ГК РФ). Иными словами, если иностранное коллизионное право отсылает обратно к российскому праву при определении дееспособности, права на имя, опеки над гражданином, - такая отсылка принимается. В остальных ситуациях суд игнорирует renvoi и применяет материальные нормы первоначально избранного иностранного правопорядка.

Рассчитать для своей задачи

Renvoi и автономия воли сторон

Проблема обратной отсылки практически не возникает при наличии прямого соглашения сторон о применимом праве (lex voluntatis). Статья 1210 ГК РФ позволяет сторонам договора выбрать право любого государства. Если стороны избрали, например, английское право, имеется в виду именно английское материальное право. Рассматривать это как выбор всей английской правовой системы с её коллизионными нормами - значит рисковать тем, что английские коллизионные нормы приведут к совершенно иному результату, нежели ожидали стороны. Поэтому доктрина и практика большинства государств единодушны: при договорных отношениях с автономией воли renvoi исключён.

Аналогичным образом решается вопрос в Регламенте ЕС «Рим I» (о праве, применимом к договорным обязательствам): ст. 20 прямо исключает renvoi, предписывая применять материальные нормы указанного правопорядка.

Renvoi в международных договорах

В двусторонних договорах о правовой помощи (которые Россия заключила с десятками государств) вопрос renvoi нередко решается явно. Большинство таких договоров, следуя модели Гаагской конвенции, понимают «право» как материальное право без коллизионных норм. Иногда, впрочем, в сферах личного статуса договоры допускают принятие обратной отсылки, что согласуется с исключением ст. 1190 ГК РФ.

В международных конвенциях в сфере унифицированного частного права (например, Венская конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров, CISG) проблема renvoi устранена самим методом регулирования: конвенция устанавливает единые материальные нормы, поэтому коллизионный вопрос отпадает.

Сравнение с другими юрисдикциями

Подходы разных правовых систем к renvoi существенно различаются. Германия (ст. 4 EGBGB) принимает обратную отсылку, когда это не противоречит смыслу привязки, и принимает трансмиссию с существенными ограничениями. Франция в судебной практике принимает renvoi первой степени по вопросам наследования и личного статуса. Великобритания принимает renvoi в узкой категории дел о движимом наследовании. США в целом отвергают renvoi, считая его источником правовой неопределённости.

Это разнообразие национальных подходов само по себе является источником коллизий: один и тот же спор может получить разный результат в зависимости от того, суд какой страны его рассматривает.

Полезным контекстом служит доктрина оговорки о публичном порядке, которая, как и renvoi, позволяет суду в определённых случаях уклониться от применения иностранного права - но по иным основаниям.

Частые ошибки

• Смешение обратной отсылки и оговорки о публичном порядке. Renvoi - это вопрос о том, какие именно нормы иностранного права применять (материальные или вместе с коллизионными). Оговорка о публичном порядке - это отказ применять конкретную иностранную норму из-за её несовместимости с основами российского правопорядка. Это разные инструменты с разными основаниями.
• Считать, что renvoi в России полностью запрещён. Статья 1190 ГК РФ отклоняет renvoi как общее правило, но прямо допускает его в отношении личного статуса физических лиц. Игнорировать исключение - значит неверно применять норму.
• Принятие трансмиссии без ограничений. Российский закон (п. 2 ст. 1190 ГК РФ) принимает только обратную отсылку к российскому праву (первой степени). Отсылка к праву третьего государства в российском праве не принимается даже в сфере личного статуса.
• Применять renvoi к договорным отношениям с lex voluntatis. Когда стороны выбрали применимое право, renvoi не применяется: выбор означает выбор материального права, а не всей правовой системы.
• Путать renvoi с «квалификацией». Квалификация (толкование правовых категорий по lex fori или lex causae) - самостоятельный институт МЧП, не связанный с вопросом о принятии коллизионных норм иностранного права.

FAQ

Что происходит, если принять renvoi первой степени и суд в итоге применяет своё право - не получится ли, что коллизионная норма стала бессмысленной? С формальной точки зрения коллизионная норма выполнила свою функцию: она обратилась к иностранному праву, которое само вернуло дело в российский правопорядок. Применение российского материального права - это уже следствие позиции иностранного коллизионного права, а не игнорирование коллизионной нормы. Именно поэтому российский законодатель счёл такой результат допустимым в сфере личного статуса.

Почему ст. 1190 ГК РФ делает исключение именно для личного статуса физических лиц? Личный статус - дееспособность, право на имя, опека - тесно связан с государством гражданства или домицилия лица. Если это государство само считает, что к его гражданам применяется российское право, принятие такой отсылки обеспечивает единообразие: суд и то государство придут к одному результату, что важно для стабильности правового положения человека.

Применяется ли ст. 1190 ГК РФ при арбитражном разбирательстве? Международный коммерческий арбитраж, как правило, применяет коллизионные нормы иначе, чем государственные суды: арбитры чаще используют «наиболее тесную связь» напрямую и склонны не принимать renvoi, особенно при наличии соглашения сторон о применимом праве. Регламенты крупных арбитражных институтов (ICC, МКАС при ТПП РФ) ориентируют арбитров на материальное право без коллизионных надстроек.

Коротко

Обратная отсылка (renvoi) возникает, когда применимое иностранное право своими коллизионными нормами направляет обратно к праву страны суда (первая степень) или к праву третьего государства (трансмиссия). По российскому праву (ст. 1190 ГК РФ) renvoi отклоняется как общее правило: иностранное право применяется в части своих материальных норм. Исключение - принятие обратной отсылки к российскому праву при определении личного статуса физических лиц. В договорных отношениях с lex voluntatis renvoi не применяется ни при каких условиях.